Гурджиевские движения в СССР и России: прошлое и настоящее

Автор: Сергей Пахомов

ЧАСТЬ 2: Расцвет и последующее развитие

В постперестроечное время, и особенно в 1990-е гг. на волне отхода от единственно верной марксистско-ленинской парадигмы наступает настоящий бум интереса к Четвертому пути – это период его расцвета. Немногочисленные группы, которые действовали в 1970-е–1980-е гг., получили возможность действовать открыто. Появилось и много новых групп. Издается и переиздается тематическая литература, начинают приезжать и наставники, принадлежащие западному гурджиевскому мейнстриму. Этот период длится примерно до конца нулевых годов XXI в., после чего наступает период стабилизации с элементами спада активности и переноса внимания в другие сферы. Российский гурджиизм включается в международный контекст. Иностранные мастера (или бывшие наши соотечественники, которые набрались опыта на Западе) внесли самый большой вклад в развитие гурджиизма в этот период. Наконец, стоит отметить и новую черту этого периода для России: появляются «гурджиевские движения», которыми пренебрегали предыдущие советские гурджиевские группы, ориентированные на тексты, а не на пластику тела.

В 1994 г. в Россию возвращается Аркадий Ровнер. Появление в стране столь авторитетной фигуры с неизбежностью превращает Ровнера в ведущую силу российского гурджиизма. С одной стороны, Ровнер отказывается считать себя последователем Гурджиева. В интервью газете Путеводная звезда в июле 2002 г. он прямо заявляет (Южанин 2002): «Сейчас я не последователь Гурджиева или Успенского, хотя эти люди оказали на меня сильное влияние. Я самостоятельный человек… Я не нахожусь в русле учения Гурджиева и Успенского». Когда интервьюер (Александр Южанин) спрашивает его, в чем же отличие его взглядов от их, Ровнер сначала говорит о чертах сходства, поясняя, что он согласен с этими выдающимися эзотериками в том, что человек – внушаемое существо, и что есть две основные линии внушения – социальная и космическая. Но отличие Ровнера от них в том, что сам он, по собственному мнению, не привязан к какой-то одной «мифологии» или системе практик, но использует разные, в зависимости от ситуации (Там же). С другой стороны, все-таки дискурс, который регулярно выбирает Ровнер, темы, которые он затрагивает, его тесное общение с гурджиевскими кругами, более того, активное участие в организации гурджиевского движения в России, а также его книги выдают в нем если и не сознательного последователя, то неявного, в чем он сам, может быть, не отдавал себе отчет. Возможно, что на каком-то этапе Ровнер пытался дистанцироваться от великих родоначальников Четвертого пути, но в полной мере ему это сделать не удалось.

Одна из таких попыток состояла в том, что еще в конце 1990-х гг., когда Ровнер инициировал создание группы единомышленников под названием Артур, по аналогии с круглым столом короля Артура. В интервью Владу Лебедько, автору знаменитых Хроник российской саньясы (опубликованы в 4-х томах в 2000 г.) Ровнер сообщает, что «у нас нет общей системы, хотя в главных акцентах мы сходимся. Вообще мы стараемся никого не учить или не переучивать» (Лебедько 1999). На вопрос Лебедько, в чем заключаются основные направления работы «Артура», Ровнер отвечает, что это «работа над новым языком традиции», подразумевая под этим передачу смыслов различных сакральных текстов в условиях современных реалий. Это первая задача группы. Второй задачей он называет «разработку новой парадигмы … или универсальной иерархии ценностей, отвечающей на вызов» «нового глобализма»; наконец, третьей задачей является «открытая работа с людьми, в основном, с молодыми людьми, выбор тех людей, которые готовы включиться в начатую нами работу», а главное назначение «Артура» его создатель видит в «групповой и личной экспедиции каждого из его участников» (Там же). Примечательно, что данный «задачник» коррелирует как с целями, объявленными Теософским обществом при его образовании в 1875 г., так и с целями самого Гурджиева.

Из проектов, которыми занималось это движение Ровнера, впоследствии формируется так называемый Институт культуры состояний. В качестве преамбулы их сайт сообщает следующее: «Опираясь на широкий спектр духовных традиций, ИКС занимается разработкой практических методов работы с состояниями и стабилизации достигнутых результатов. “Состояние” ассоциируется с понятием “бытие”, а также с “уровнем бытия” и является ключевым элементом ведущих духовных традиций. Независимо от идей, с которыми связывает себя тот или иной человек, и от методик саморазвития, которыми он пользуется, он неизбежно несет в себе определенное состояние, характеризующее его конкретный душевный строй и качество его внутренней жизни». В чем-то так понятое понятие «состояния» перекликается с понятием «бытие», которое развивал Гурджиев.

Кроме того, по инициативе А. Ровнера был создан неплохой сайт «Гурджиевский клуб», представляющий собой своего рода базу данных по многим организациям гурджиевского типа в России и на Украине. Это среди прочего означает, что Ровнер воспринимал себя и как идейного объединителя всех гурджиевских групп, как человека, рефлексирующего над наследием и историей гурджиизма.

Вплоть до недавнего времени Институт проводил различные мероприятия, выездные встречи, семинары, заводилой всего этого был Аркадий Ровнер. Однако, к сожалению, он ушел из жизни в ночь на Рождество, в декабре 2019 г., и в настоящее время в работе Института наблюдается пауза.

Алан Франсис ©samopoznanie.ru

Выше уже было указано, что в Россию в третий период наезжают с семинарами и другими тренингами различные иностранные мастера, связанные с Четвертым путем. К одним из наиболее часто приезжающих относится американец Алан Франсис (род. 1949). Интенсивные духовные поиски привели его свое время в центр Джона Пентланда, у которого он обучался с 1969 по до 1984 г., затем учился под руководством Мишеля де Зальцмана и других западных гурджиистов. Параллельно Алан интересовался даосскими и шаманскими практиками, что вполне отвечает синкретическому духу гурджиизма как такового.

В интервью журналу Ваша светлость (2007) Франсис заявлял, что «Россия – самая значимая страна в мире. Она может сыграть посредническую роль шамана между Востоком и Западом» (Гулинкина 2007); он и сам, по сути, играет роль такого посредника. Первый его визит в нашу страну произошел в 2005 г., и с тех пор он бывает в России по нескольку раз в год. Его группа носит название Российский центр гурджиевских исследований, сам Франсис утверждает, с некоторым преувеличением, что «это единственная организация Четвертого пути в России, идущая по прямой линии от Г. И. Гурджиева». Впоследствии эта группа получила название «Московская гурджиевская группа» (или, иначе, «Московская экспериментальная Гурджиевская группа»). Все в том же интервью (Гулинкина 2007) он признаётся, что даосизм, шаманизм и практики Гурджиева он не смешивает и преподает отдельно. При этом практики Гурджиева он воспринимает как полезный инструмент регулировки обыденной жизни человека. Франсис заявляет: «Работа Гурджиева начинается с очень практичных идей, которые могут сразу же быть соотнесены с повседневной жизнью ищущего. Познавать себя, как говорил Сократ, помнить себя и быть присутствующим по отношению к своему телу и жизни. … Выполняя упражнения и задания, люди становятся способны затем воплощать и применять идеи Гурджиева в повседневной жизни. Взаимообмен информацией и чем-то большим внутри группы приводит к возникновению более глубоких вопросов, к осознанному внутреннему поиску. … Нередко возникает состояние, близкое к тому, что следует за познанием дзенского коана. Что-то открывается внутри, и ты обретаешь возможность уловить более высокую вибрацию. Отдельно хочу сказать о Движениях Гурджиева. Практикуя священные Движения Гурджиева человек способен увидеть и понять, кем он является, увидеть себя, как в зеркале. В этот момент происходит воплощение, слияние и гармонизация, внутреннего и внешнего мира человека» (Там же).

В свою очередь, Московская гурджиевская группа является частью Международной школы четвертого пути, основателем которой также является Франсис.

Елена Зенисер ©samopoznanie.ru

Еще одним известным наставником гурджиевской традиции новой волны является Елена Зенисер, которая удачно сочетает в себе опыт Запада и России. Будучи выходцем из Советского Союза (Белоруссия), журналистом по образованию, Елена по личным обстоятельствам оказалась во Франции, где и осела. Она много у кого училась, в том числе у личных учеников Гурджиева (мадам Леконт, Соланж де Костр), даже вошла в руководство воскрешенного Жоржем де Мальвилем Института гармоничного развития человека. Список ее умений и навыков, который циркулирует по анонсам ее мероприятий, поражает воображение: это всевозможные виды медитаций, японские боевые искусства, шаманизм, суфизм, буддизм, даосизм и т. д. В 2010 г. Елена организует в России так называемую «Парижскую группу». Гурджиист Сурен Оганезов на сайте «Гурджиевского клуба» говорит о ней следующим образом: «Работу Елены Зенисер характеризует индивидуальный подход к каждому участнику Группы, в силу чего Парижская группа не может быть многочисленной… Елена Зенисер является тем единственным, на данный момент, человеком в России, кому вверено вести Рабочую Группу по линии Прямой Передачи, идущей непосредственно от Георгия Ивановича Гурджиева». Это замечание сторонника гурджиизма о «единственности» прямой передачи учения от самого Гурджиева контрастирует с аналогичным замечанием относительно «единственности» передачи Алана Франсиса, но при этом показывает, насколько все-таки ценят гурджиисты линию непосредственной духовной передачи; возведение современных практик и идей напрямик к Гурджиеву должно не просто легитимизировать саму группу, но и в идеале выдвинуть ее в число ведущих сил в данной области.

Как уже было сказано выше, третий этап развития гурджиизма в России, среди прочего, характеризуется также и активным введением танцевальных «гурджиевских движений». Это привело к еще большей дифференциации гурджиизма, поскольку появляется среда практикующих, в которой акцент скорее делается на практике, чем на теории. Кроме того, собственно интерес к практике гурджиевских движений сопровождается здесь очень интенсивным введением всевозможных практических приемов, взятых из самых разных традиций.

История гурджиевских движений неразрывно связана с историей гурджиизма как такового. Сам основатель гурджиизма был человеком довольно музыкальным; не зная музыкальной грамоты, он тем не менее легко сочинял различные мелодии, которые затем подвергал аранжировке его ближайший ученик Фома (Томас) де Гартман (1885–1956); вдвоем они создали более трехсот композиций. Их сотрудничество с Гурджиевым продолжалось 12 лет (1917–1929).

Тем не менее в раннем гурджиизме эти особого типа «движения», т. е. специфические движения тела с распределенным вниманием, еще не приобрели законченную форму, и были немногочисленны. Танцовщица Жасмин Ховарт, вторая супруга Гурджиева, упоминает шесть таких движений – «Первое обязательное», «Первый марш», «Счет», «Длительность нот», «Марш Вперед», «Мазурка». Например, «марш вперед» состоял в том, чтобы падать на землю и замирать в той позе, в которой ты упал. В конце жизни Гурджиев уже плотно занимался составлением композиций, создав 39 движений (в американском варианте их 46), которые стали каноническими. И еще множество композиций в этот список не вошли.

Гурджиевские «движения» имеют целью преодоление автоматизмов, в которых пребывает обычный человек. По словам безымянного автора с сайта нью-эйджевской «Школы психоантропологии», «движения являются средством самонаблюдения, развития чувствительности тела, эмоциональной сферы и способности мыслить. … [это]… медитация в движении, направленная на развитие внимания, часть которого практикующий удерживает внутри, часть — вовне, на выполняемых движениях: в ряде движений голова, руки, ноги должны следовать различным ритмам, изменяя привычные автоматизмы тела. Этим достигается осознание каждого движения и импульса, стоящего за ним».

Выполнение этих движений приводит к значительным изменениям в жизни человека, выбивает его из привычной колеи, но в конечном счете, как считается, структурирует и стабилизирует психику практикующего.

В 2010-е гг. гурджиевские движения входят в стандартный набор различных практических приемов, которые преподаются всевозможными коучами.

Вот, например, как выглядит послужной список одного из наиболее авторитетных мировых инструкторов гурджиевских движений, Амийо Девиенн. Она получила подготовку по различным телесно-ориентированным психотерапевтическим техникам в Эсаленском институте, изучала африканские танцы в Камеруне, современные танцы во Франции, ну и среди прочего изучила и гурджиевские движения у Аврора Альтмана, ученика Джона Беннета, который был непосредственным учеником Гурджиева. Она много лет жила в коммуне Ошо в Пуне, работала под руководством Селима Айсселя, а в настоящее время создала свою школу в Эльзасе и обучает всех желающих гурджиевским движениям и танцевальной терапии. Амийо Девиенн – совершенный типичный пример современного инструктора, работающего в области психопрактики. Движения, которые служат целям саморазвития, становятся частью букета разнообразных художественных элементов.

Как соотносятся друг с другом группы Четвертого пути и гурджиевские движения? По всей видимости, как целое и часть. Первые группы всерьез изучают Четвертый путь, и движения там являются лишь одним из многих составных элементов. Как правило, это сообщества единомышленников, которые организованы вокруг некоего харизматического лидера и серьезно воспринимают свою «работу» в духе основателя гурджиизма, внимательно изучая его труды и сочинения его сподвижников. Вторые же группы напоминают временные собрания случайных людей, которые собираются по расписанию у инструктора и учатся правильно и красиво двигать руками, ногами и головой. Восприятие практики здесь скорее эстетическое, чем сотериологическое. Уйдя домой, они переключаются на другие дела, оставляя «движения» до следующего прихода. Среди этих собравшихся могут быть и опытные практикующие, и новички, но поскольку платят за обучение все, то и доступ открыт для всех, и никакого личностного или морального отбора не осуществляется. В принципе, это обычная ситуация в современных психопрактических сообществах по всему миру.

Соответственно, и от человека, который преподает такие движения, уже не ждут каких-то откровений и великих истин, его воспринимают просто как «коуча», «инструктора», делящегося своей информацией на платной основе. При этом такие инструкторы, безусловно, могут быть очень приятными и добрыми людьми, весьма полезными для своих учеников.

Зависимость отечественных гурджиевских групп от западных центров как «чистого», так и «смешанного» гурджиизма достаточно велика («гурджиевскими движениями» интересуются в первую очередь гурджиисты «смешанного» типа). В качестве примера зависимости от гурджиевского западного центра «смешанного» типа можно привести такую структуру, как «Свободный университет Самадева». Этот «университет» располагается во Франции, под Страсбургом (см. французскую и русскую версию). Он был основан в 2003 г. Идрисом Лаором (он же Селим Айссель, настоящее имя – Патрик Жан Петри, 1953–2020) после контактов с одним суфийским братством.

Самадева-йога – занятие в одном из центров Свободного университета «Самадева» ©congressminsk.by

«Самадева» свою миссию видит в том, чтобы «передавать методы благополучия и личностного развития, чтобы хорошо чувствовать себя в жизни, в отношениях с окружающими и миром в целом». Ценности Самадевы – человечность, уважение, доброжелательность, простота, универсальность, осознанность. Для реализации или укрепления этих ценностей задействуются такие методы, как: самадева-йога, соул-йога, лаор нади-йога, цигун лу йонг, гурджиевские движения, энергетическая аюрведа, системные расстановки, массаж, психология эннеаграммы, медитации. Как мы видим, гурджиевские движения используются здесь наряжу с другими средствами. В университете готовят таких профессионалов, как коуч-эвфонист, энергетический коуч, расстановщик, инструктор психотелесных методов, специалист по массажу. «Специфика Самадева — качество отношений учеников между собой, а также учеников и преподавателей. Это помогает ученикам усвоить технику и стать человеком, который знает себе цену и уважает других». Перед нами типичная современная нью-эйджевская школа, которая позволяет приспособиться к стрессам окружающего мира с наименьшими потерями для собственной психики, оптимизировать собственное существование в ключе позитивного мышления. Речи, конечно, не идет и не может идти об усвоении гурджиевского учения в полном объеме. Филиалы Самадевы располагаются в России в 12 городах, причем в Москве их два, в Ачинске, Барнауле, Екатеринбурге, Ижевске, Калининграде, Красноярске, Новосибирске, Перми, Санкт-Петербурге, Томске и Уфе. Получение сертификата обучения в «Самадеве», особенно во французском центре, является для отечественных коучей важным компонентом их профессионального портфолио, который они непременно демонстрируют в самопрезентации.

Третий период бурного развития гурджиизма довольно незаметно и плавно перерастает примерно десять лет назад в четвертый период, продолжающийся по сей день; этот период характеризуется дальнейшим размыванием и дифференциацией гурджиизма. Появляется все больше разных мастеров, инструкторов, коучей, которые владеют большим арсеналом психопрактических средств. Количество групп, занимающихся гурджиевскими движениями, неуклонно растет и все больше превышает количество групп собственно Четвертого пути, которые, напротив, все больше снижают свою активность и ослабевают. Тем самым «смешанный» гурджиизм все сильнее теснит «чистый» гурджиизм. Уклон в практику заметно превышает уклон в теорию.  В этот период продолжает активно издаваться и переиздаваться гурджиевская литература разного типа, появляются серийные издания.

Кроме того, происходит некоторое ослабление эзотерической составляющей гурджиизма на фоне роста интереса к практической и художественно- музыкальной стороне его учения. Музыка Гурджиева начинает звучать в классических концертных залах. Так, например, пианист Алексей Любимов в феврале 2016 г. впервые в Санкт-Петербургской академической филармонии им. А. Д. Шостаковича сыграл «музыку для духовных упражнений» Гурджиева – Гартмана, концерт носил название «Искатели истины. Путешествия в недоступные места». Часто гастролирует в России и армянский ансамбль народных инструментов имени Гурджиева. Его художественным руководителем является Левон Искенян. Ансамбль был создан в 2008 г. «с целью сохранения армянской этнической музыки и ее популяризации за пределами Армении», исполняя музыку Комитаса и Гурджиева на различных народных инструментах. В 2011 г. был выпущен альбом ансамбля под названием «Музыка Джорджа Гурджиева», который имел большой успех и получил престижные музыкальные награды. В 2012 г. они выступали в ГМИИ им Пушкина с репертуаром оригинальных композиций Гурджиева.

Итак, подведем итоги. Гурджиевское движение существует уже свыше ста лет, и за этот период оно прошло определенную трансформацию. Бóльшую часть времени (примерно 70–75 лет), российско-советский гурджиизм, по сути, варился в собственном соку, и только с конца 1980-х гг. начал интегрироваться в международное гурджиевское движение. В настоящее время российский гурджиизм плотно вовлечен в международный гурджиизм и испытывает от него большое влияние. Российские инструкторы гурджиевских движений регулярно ездят повышать квалификацию в западные духовные центры, в ту же «Самадеву»; приезд же западных специалистов в нашу страну всегда обставляется как очень значительное и важное событие, как принесение света знания со стороны опытных товарищей, обучающих младших собратьев.

В этой явной зависимости (идейной, практической, организационной) российского гурджиизма от западного наблюдается определенный парадокс: несмотря на то, что Российская империя была одновременно и родиной самого Гурджиева, и первым местом, в котором он опробовал результаты своих многолетних изысканий, она не смогла по известным историческим причинам удержать это учение, которое ушло на Запад и начало развиваться там. И через много десятилетий именно с Запада утраченное, казалось бы, наследие начало постепенно возвращаться обратно – сначала через самиздатовские публикации, а затем и в виде живых носителей гурджиевской традиции, которые смогли ее сохранить и приумножить.

Растущий год от года синкретизм, наблюдаемый в настоящее время в гурджиизме, является отражением природы самого гурджиевского проекта, который, с одной стороны, вобрал в себя мотивы различных религий, философий, оккультных традиций, а с другой, и сам менялся в течение жизни основателя гурджиизма, который тем самым невольно санкционировал процесс изменений и в последующие годы. В результате мы видим нынешний гурджиизм как динамичное и разноликое явление, хорошо откликающееся на духовные запросы наших современников и предлагающее ему широкий спектр практических и теоретических средств на любой вкус. И серьезные замкнутые поклонники Четвертого пути, собирающиеся малыми группами для чтения «Разговоров Вельзевула со своим внуком», и кочующие вслед за гурджиевскими мастерами по разным городам и весям группы практикующих, озабоченных саморазвитием, и спорадически собирающиеся случайные люди, интересующиеся танцами, музыкой, не столько стремящиеся познать истину, сколько желающие поправить свое здоровье и избавиться от психологических недомоганий – все они, с какой бы порой неприязнью они ни относились друг к другу, вписаны в неопределенные рамки гурджиизма, который продолжает развиваться, расширяться и углубляться, становясь все более эклектичным, размытым и частным.

Литература

Гулинкина, Ольга. “Алан Франсис: “Олени видят ногами.” http://ezotera.ariom.ru/2007/01/22/oleni.html, 2007.

Южанин, Александр. “Интервью с Аркадием Ровнером. https://arkadyrovner.wordpress.com/2020/06/22/интервью-с-аркадием-ровнером/, 2002.

Лебедько, В. “Хроники российской саньясы. http://sannyasa.narod.ru/chronicles/vol1/rovner.htm, 1999.


Изображение на обложке поста: “Гурджиевские движения”  ©gurdjieff-movements.net


Читать статью на английском.

Цитируйте эту статью: Сергей Пахомов, “Гурджиевские движения в СССР и России: прошлое и настоящее. ЧАСТЬ 2: Расцвет и последующее развитие”, in New Age in Russia, 16/12/2021, https://newageru.hypotheses.org/6194.

Search OpenEdition Search

You will be redirected to OpenEdition Search